Category: россия

Category was added automatically. Read all entries about "россия".

Вместе

Не люблю я Думу вашу, я люблю шамана Сашу!



Как сегодня стало известно журналистам, во время январского штурма дома шамана Александра Габышева и его задержания силовиками рассматривалась возможность его убийства. Об этом во время заседания городского суда в Якутске по делу о принудительном лечении Габышева заявил командир взвода Росгвардии. "Мы знали, что Габышев одарённый и общественный, поэтому решили не убивать", - цитируют источники слова росгвардейца, который был вызван в суд как свидетель обвинения.

7 мая в Якутске возле городского суда полицейские задержали активиста Хонгора Анаева, который приехал поддержать Габышева. Об этом сообщила сестра Габышева Кыайыылаана Захарова. Суд над шаманом Александром Габышевым начался 30 апреля. Решается вопрос о его принудительном лечении в психбольнице закрытого типа. Родственников и друзей шамана на заседание их не пускают – вопрос о принудительном лечении решается в закрытом режиме. Следующие заседания, на которых планируется допросить свидетелей обвинения, назначены на 12 и 19 мая.

В апреле родственники Александра Габышева, помещенного на принудительное лечение в психоневрологический диспансер в Якутии, заявили о резком ухудшении его здоровья. По словам Кыайыыланы Захаровой, навещавшей его в диспансере, Габышева "явно напичкали какими-то веществами, изменяющими психику", он очень медленно говорил, жаловался на бессонницу и потерю сознания после уколов.

В конце марта стали известны итоги экспертизы, инициированной следствием – она не подтвердила, что шаман Александр Габышев нанес вред здоровью росгвардейца во время задержания 28 января (после того как шаман объявил о новом походе до Кремля). Несмотря на это, сотрудник ведомства по-прежнему проходит пострадавшим по делу о насилии в отношении сотрудника полиции.

Также в марте 2021 года Александр Габышев был признан "невменяемым" по результатам психолого-психиатрической экспертизы, заказанной силовиками в Якутском психоневрологическом диспансере. Это означает, что к нему могут применять самые жесткие принудительные меры "медицинского" характера, иначе говоря его пичкают сильнодействующими веществами с целью превратить в безвольного и недееспособного овоща (именно этим ему и угрожали силовики перед арестом, пытаясь его заставить отказаться от намерения изгнать демона из Кремля).

29 января этого года мы опубликовали письмо в поддержку шамана, которое подписали, помимо меня, Татьяна Щербина (автор текста письма), Светлана Алексиевич, Антон Долин, Денис Драгунский, Лев Шлосберг и еще ряд известных деятелей культуры и общественной жизни. Повторю здесь фрагмент из него: "В начале 2021 года Александр Габышев анонсировал новый поход против Путина, и 27 января «его задержали полицейские и увезли в психдиспансер. Габышев не открывал полицейским дверь, тогда они сломали ее. Дома у Габышева взломаны двери, раскиданы вещи, на полу много красных пятен, похожих на кровь», — сообщает издание Znak. За шамана заступалась мэр Якутска Сардана Авксентьева, недавно ушедшая в отставку. Теперь за него заступиться некому. Неужели Путин боится шамана и считает, что его появление в Москве может ему реально навредить? Иначе почему «блаженного» (как его назвали бы в православии) Габышева всё время задерживают, расценивают его поход как «экстремистскую деятельность» и подвергают карательной психиатрии, печально известной по советским временам? Обращаться к преследователям шамана бессмысленно, потому это письмо — обращение ко всем, кто мог бы помочь освобождению Габышева и привлечь внимание к возобновлению практики карательной психиатрии, которую мы считаем недопустимой".

Незадолго до последнего задержания Габышев заявил в одном из интервью: "Бояться не надо. Не то время, не те обстоятельства. Храбрость горы свернёт. Я не боюсь. Может, меня завтра (что очень вероятно) возьмут и убьют. Я к этому готов. Да, думаю, попытаются убить, так как не захотел подчиняться и не замолчал. Цель осталась та же: дойти до Москвы, до Кремля, бороться там с темными силами, со злыми духами во власти. Согласно предсказанию, нам удастся свергнуть демона, для того и идем. Да, мне как шаману предсказано, что демон будет свергнут в августе 2021 года. Я эту дату и не скрывал никогда".
Вместе

Part time Jew. 1: И. Губерман, «Десятый дневник».

Part time Jew / Еврей по совместительству - так окрестил меня профессор хирургии Моше Шайн

"И еще одна некрупная печаль случилась у меня за это время. Я не раз ведь и в стишках, и в прозе тихо сетовал, что никогда не получал какую-нибудь премию достойную. И вдруг мне это счастье улыбнулось: меня на праздник Хануку позвал во дворец кремлёвский совет еврейских общин (с большой, наверное, буквы следует его писать, но я в этом не очень-то уверен). И не просто пригласили бедного провинциального иностранца, а чтобы премию вручить по номинации "Человек-легенда".
А к той премии, по слухам, даже денежку какую-то давали. Красота!
Но тут я отказался. Мне давно казалось, что евреи не должны свои высокие праздники отмечать на кремлёвском подворье, как-то мне это виделось наглостью и даже неким святотатством. Что евреям это некогда припомнят и предъявят, я нисколько не сомневался. Да ещё пришлось бы всяким падлам руку пожимать, а их у нас, как и у всякого народа - полный ассортимент.
Ну, словом, отказался. Мягко и с благодарностью. А премии мне жалко до сих пор".
Вместе

Валерия Новгородская о русском фашизме



"Сейчас, когда я пишу эти строки, советские мародеры растаскивают на части украинский и татарский Крым. Так некогда палачи на Голгофе делили скудную одежду Христа. Сергей Гоблинович Аксенов ссорится из-за общака с Рамзаном Кадыровым и российскими бандитскими компаниями. Ибо каждый, кто польстится на чужое, - бандит. Они волокут к себе, отпихивая локтями бандитов помельче, санатории, винзаводы, Ливадийский дворец, Ласточкино Гнездо, "Артек", Карадаг, Старый Крым, могилу Волошина, могилу Грина, мое коктебельское детство...
Откуда такая прыть? Да они так же делили "ЮКОС", сопя и чавкая, вырывая акции у других едоков. Эта страна, которая раскулачивала, отбирала чужие дворцы, чужие избы, чужой фарфор и чужих коров, влезала в чужие платья, как атаманша Лариса Рейснер. Это проклятая страна, лепрозорий для советских прокаженных. Издыхающий спрут, который простудится на наших похоронах. Нашей России еще не было - она умерла трех лет от роду, 11 декабря 1994 года, когда танки пошли через границу Чечни.
То, что мы видели 18 марта, было не просто тошнотворным, наглым, бестактным пиром победителей из бандитской "малины". Это было не только страшно, но и смешно. "Записки сумасшедшего" Гоголя. Помните, чиновник Поприщин, лишившись рассудка, предлагает другим сумасшедшим спасать луну, которая может сесть на землю? И ведь сумасшедшие бодро полезли на кровати и стали ловить луну, и никто не отказался! Хорошо что санитары прибежали. На каждого короля Испании из богоугодного заведения надо иметь санитаров. А мы не запасли. Вам Гоголь ничего не напоминает? Жаждущие кого-нибудь раскулачить с энтузиазмом кричали о спасении русских в Крыму. А ведь это тоже самое, что спасать луну, ибо ни русские, ни луна в спасении не нуждаются.
Мы живем не там, где думали, не в XXI веке. Есть такая хорошая картина "Зеркало для героя". Там двое парней зацепились за какую-то проволоку и провалились в первые послевоенные годы. Как раз на собрание, где надо клеймить врагов народа. У нас клеймить будут "национал-предателей". Лично Путин изобрел. "На каждого умного по ярлыку повешено было однажды..." (Булат Окуджава). Путина Виктор Шендерович недооценил. Он думал, что это Крошка Цахес. А это Дракон. Помните начало пьесы Шварца? Ланцелот решает защищать Эльзу, а тут является Дракон: прилично одетый седеющий блондин. А когда он понимает, что поединок с Ланцелотом неизбежен, то теряет выдержку, выскакивает за дверь и раздается рев, в котором нет ничего человеческого. Ремарка Шварца: "Это ревет огромное, древнее, злобное чудовище".
Шквал фашизма, гитлеровского и сталинского, в мелких, трусливых, пустых советских душонках. Ритуальное пиршество на Васильевском спуске. Концерт и фейерверки. Спрашивают: куда Путин так торопился, глотая юридические процедуры, как будто за ним гонятся? За ним и правда гонятся. Гонится история, гонится XXI век. Мезозой в России не будет вечно терпим Западом. Потому что, в отличие от Китая, российские динозавры лезут в чужие дела очень грубо, с клыками и когтями. Но Дракон чует всей чешуей, что его время ограничено. Времена драконов и динозавров прошли. Можно, конечно, появиться в отдельно взятом ужастике, пользуясь тем, что Запад давно отвык от борьбы с динозаврами. Но не вовремя ожившие динозавры имеют все шансы закончить жизнь в бункере с ампулой цианистого калия в руках. А чем кончают их страны? Их разносят в клочья "летающие крепости", союзники их делят пополам... А нас, наверное, разделят на 15–20 частей. И тут еще ядерное оружие! Небо над планетой начинает темнеть. Что это, казни египетские или предчувствие ядерной зимы? До сих пор мир худо-бедно держался на одной гарантии, записанной на планетарных скрижалях ракетами "Томагавк": на американской военной мощи. Наши страхи убаюкивали широкие палубы американских авианосцев. И надо же было так этому совпасть: Дракон в Кремле и сурок Фил в Вашингтоне! Буш остановил Путина в 2008 году за 40 километров от Тбилиси. И не словами: поплыли кораблики, полетели транспортные самолеты с личным составом. Обама страшно опаздывает на свидание с вызовами времени. Фашизм же до сих пор изучали по учебникам. А тут наглядное пособие в виде огромной страны.
Фашизм – это даже не Гитлер, это Хрустальная ночь №2 с 18 на 19 марта, это "колорадские жуки" с полосатыми ленточками, это толпы охлоса на "путингах", это перманентный Нюрнберг - не времен процесса, а времен съезда НСДАП 1933 года. Можно и без свастики, главное восторг и дележ неважно чего: еврейских магазинов, церковной собственности, как в начале 1920-х годов, чужих коней и чужих курей, как в начале 30-х, "ЮКОСа" или украинской территории.
Пираты были честные люди, за свои пиастры они рисковали собственной жизнью. А эти толпы и эти фюреры рискуют только чужой. "Хайль Гитлер!" - обезумевшие гретхен визжат в кудряшках, взбитых, словно крем, и Гитлер говорит с пожатьем крепким: "Какая ночь, партайгеноссе Рем..." (Евгений Евтушенко). Нам нечем крыть: до путинской России, наконец нашедшей свою национальную идею в завоевании "жизненного пространства", у нас была советская Империя Зла. Даже в благие ельцинские времена мы провалились на два года в чеченскую войну. А что было до Империи Зла? Российская тюрьма народов, где делили Польшу и подавляли польские восстания, где завоевывали два царствования несчастный Кавказ и повесили чеченского героя Байсангура. Получается, что наша Родина – в Новгороде и что она перестала существовать в 1470 году. Давненько мы ходим без Родины...
Конечно, нас недолго будут терпеть. Вот поспеют в апреле госдурацкие законы об обожествлении Красной Армии и запрете неизвестной никому "коллаборационистской символики". А 9 мая вступят в силу поправки в закон об экстремизме - и несогласие с расчленением Украины будет считаться сепаратизмом стоимостью в 5 лет.
Нам останется только достойно умереть вместе с нашими любимыми книгами и напрасными мечтами получить Родину, которую можно не проклинать. По крайней мере развязки не увидим... Развязку увидят наш Повелитель Мух и его "колорадские жуки". История таким всегда говорит: "Ты все пела? Это дело. Так поди же, попляши". И еще нам надо учиться переводу. Когда Путин заявляет, что Крым никогда не будет бандеровским (почему-то называя его "бендеровским"), он имеет в виду не давно погибших в боях с гитлеровцами или с советской армией членов УПА и ОУН. Те же, кто выжил, давно уже в лучшем мире. Он имеет в виду другое: что никто не посмеет оказать его полчищам вооруженное сопротивление, что все поднимут лапки. Дай Бог чтобы он ошибся. Мы не сумели защитить свою страну ни в 1920-м, ни в 2000-м. Пусть хоть Украина спасется.
Говорят, что внуки перестанут верить в СССР и в советский фашизм тогда, когда вымрут последние советские бабушки. Бабушки бывают разные. Одна бабушка в Харькове в 70 лет записалась на курсы украинского языка. А один "внучек" в Севастополе, напротив, считает, что надо воссоздать СССР, и искренне верит, неуч, что Аляска тоже была его частью. Но общая тенденция верна. Красные Шапочки! Не слушайте бабушек, которые вам говорят, что в СССР было хорошо жить и что Крым – российская территория. Такая бабушка – наверняка переодетый серый волк. У нее такие большие зубы".
ВАЛЕРИЯ НОВОДВОРСКАЯ "Крымодеры"
Вместе

Вместе Анна Китаева: Главы из папиной книги. 2

Отрывок из папиной книжки, посвященный Москве. Место действия - королевство Свазиленд. А папина книжка в бумажном исполнении стоит у меня на полке рядом Джеральдом Даррелом 🙂
"Где-то в конце сухого сезона 1996 (июль?) мне позвонил Роджер Мпапане (Roger Mpapane) и пригласил меня в Sharp Memorial Church , что находится на территории миссионерской станции в 20 метрах от госпиталя, для короткого выступления перед прихожанами: рассказать о Москве.
Весь иностранный персонал госпиталя посещал другой приход той же церкви, где службу на английском языке вёл ЮАРовский пастор по фамилии Поп. Понятно, что я очень удивился оказанной мне чести выступить перед прихожанами старейшего храма города Манзини, где служба шла на си-свати - языке жителей королевства. Я спрашивал себя: "Почему не другой русский доктор Игорь Петров, который постоянно искал такого рода активность...?".
Однако, будучи заинтригованным, я выразил Роджеру своё согласие.
Позже выяснилось, что Nazaren Church открыла свою миссию в Москве. Ну и руководство нашей миссии решило отметить это событие с привлечением русского доктора из Москвы.
В тёмном костюме и при галстуке я сидел среди подобным образом разодетых свази. Нас, белых, в храме было двое. Первым был доктор Хаинд - сын основателя миссии английского доктора Самуэля Хаинда.
Хаинд-младший родился в Свазиленде и прекрасно говорил на си-свати.
В положенное время меня пригласили на ... понятие не имею о том, как называется в протестантской церкви место, с которого выступает пастор. Наверное кафедра. Рядом со мной стоял Роджер - он должен был переводить мою речь с английского на си-свати.
В храм через боковые двери стали с пением входить чёрные девочки и мальчики, несущие плакатики с надписями "MOSCOW", "RUSSIA".
Дети пели:
- Moscow! O, beautiful, beautiful city of Russia...
Когда я разобрал слова, я растрогался и у меня на глазах навернулись слёзы. Нужно было сказать что-то очень краткое, но важное. Напрягайся же, Рындин!!!
Первую фразу я произнёс по-русски:
- Я приветствую вас именем Иисуса Христа!
После нескольких секунда паузы я повторил приветствие по-английски. Роджер тут же перевёл мои слова на си-свати.
Далее я продолжал по-английски, как уж смог:
- Я никогда не думал, что однажды буду удостоен такой чести - приглашения в храм прекрасного горного королевства на юге Африки для рассказа о моей Родине - о России, о Москве...
Благодарю вас за оказанную мне честь быть первым русским в этом храме и произнести для публики первые русские слова под его сводами!
Москва - древний город на семи холмах - не только столица огромной страны, не только пристанище 10 миллионов жителей. Москва - большой культурный центр с многими десятками колледжей и университетов, где получали высшее образование многие молодые люди из стран всего мира, большое число африканских студентов, в том числе и из Свазиленда. Один из них мой друг Фелижве Дламини, который помимо университетского диплома привёз домой русскую жену.
История России - это не только тяжёлый и кровавый двадцатый век. Совсем недавно мы праздновали 1000-летие торжества Христианства в России.
Ещё в прошлом веке Москва была известна в Западной Европе как город 400 церквей.
Перед приходом к вам я вспомнил, что на одной из икон Русской Православной Церкви я как- то видел, что голова Господа-Отца увенчана короной с драгоценными камнями. Я подумал, что один из алмазов в этой короне - ваша прекрасная страна, королевство Свазиленд!
Теперь вот и вы можете представить, что среди других драгоценных камней короны Господа нашего - моя Россия!"


Рындин В.Д.

Я ОБРЁЛ БОГА В АФРИКЕ:письма русского буш-хирурга.

2012.-565 c. - ISBN 978-5-4253-0267-0

Вот ссылка БЕСПЛАТНОГО скачивания книги на платформе Литрес:

https://www.litres.ru/vyacheslav-dmitrievich/ya-obrel-boga-v-afrike-pisma-russkogo-bush-hirurga/

Книга доступна в приложении Литрес с телефона в том числе.

ЕСЛИ ВАМ УДАЛОСЬ СКАЧАТЬ КНИГУ, СООБЩИТЕ МНЕ, ПОЖАЛУЙСТА, ОБ ЭТОМ!

СПАСИБО…

Вместе

Галина Вишневская : «Я работала когда-то в Усть-Янье Якутии."















Галина Вишневская : «Я работала когда-то в Усть-Янье Якутии. Однажды, в конце 80-х, поехала в командировку, оказией на служебной машине с главным санитарным врачом Усть-Янского района Шлемским (имени-отчества, к сожалению, уже не помню...), очень порядочным и уважаемым человеком. По "летнику", в Усть-Куйгу.
Примерно на середине пути его водитель о чем-то спросил у сидевшего рядом начальника, тот кивнул. Машина встала на обочине, врач открыл "бардачок", достал бутылку водки, стакан и буханку серого хлеба, они с водителем вышли. Я, не понимая, что происходит, осталась в машине... Через минуту водитель подошел, спросил - "Не бойся...Не понимаешь - зачем..? А ты выйди, глянь". Я вышла, подошла к краю дороги, "летника", что вился по склонам сопок... На самом краю уже стоял наполненный водкой стакан, сверху - эта буханка. А внизу, ниже полотна дороги, вправо, влево стояли... остатки сторожевых вышек... Именно отсюда была видна котловина-распадок между сопками... Через него - "зимник", по которому ездили зимой... А дальше - какие-то едва различимые белые точки. Врач сказал - это таблички... с номерами... иногда - с фамилиями, так хоронили конвоиров.
Их гнали из Усть-Куйги в Депутатский, 250 км, пешком, зимой, в -45... Каждый впереди себя катил автомобильную покрышку. На ночь останавливались, разжигали эти покрышки, жались к ним. Шлемский тоже был среди них, 17-летним...
Его отец был главным инженером какого-то завода, им дали еще одну комнату к существующей в коммунальной квартире на 4-х, а сосед, у которого было 6 детей и одна на всех комната, написал донос... Отца с матерью расстреляли, младшего 10-летнего брата отправили в детдом, а его - по этапу в Ян-Лаг...
Его, мальчишку, заключенные постарше толкали поближе к огню, сами садились сзади, спиной к спине... Утром крайних замерзших складывали в кучу, ставили таблички с номерами... Это вечная мерзлота, выкопать там зимой ничего нельзя. И этап шел дальше.
Примерно посередине, вот как раз там, где мы остановились, был стационарный лагерь, где и останавливались на несколько дней, чтобы конвой мог отдохнуть и смениться... Там стояли бараки просто из досок, и печки из бочек... После нескольких дней "отдыха" шли дальше. До места назначения доходила примерно четверть. Остальные так и оставались вдоль всего пути, с табличками рядом...
Врача спасли те, кто всеми силами толкал его поближе к огню...
Я первый раз видела, как большой, сильный, мужественный, седой уже человек стоял и плакал... Рассказывал мне это все, глядя туда, в долину, а по лицу катились слезы... просто катились.
Это нельзя забывать. Те вышки у меня в памяти навсегда. Как и пересыльный лагерь Ян-Лага у пос. Нижнеянск... С сохранившейся еще колючей проволокой, бараками с остатками зеленой краски, "буржуйками" в них, и исписанными на всех языках стенами... с фамилиями, именами, адресами... полустершимися. Оттуда никто никогда ничего не берет... и не заходят. Якуты местные говорят — «Нельзя. Там много боли. Там страшно».
И мне страшно... Страна, допустившая ТАКОЕ, может сделать это еще не раз...
via Илья Гинзбург
Галина Вишневская (не супруга Ростроповича, просто однофамилица)
Вместе

редкая еврейская октябрятская звездочка


Моя жена прилично так меня младше, а потому в школу пошла, когда я её уже практически закончил. И я был октябрёнком и даже пионером немного, а вот она не была уже, конечно.
Недавно в разговоре она с удивлением выяснила, что октябрятские звездочки были разные. Более того, за неправильную звездочку можно было получить по ебалу.
Основных типов звёздочек было два: металлические и пластмассовые. Стоили они одинаково, но 10 копеек. Но лично у нас пластмассовые считались зашкваром. Хотя пластмассовые были, вроде бы как, более редкими, лично я помню, что ими были завалены все киоски и книжные магазины в Крыму. Они были непрактичные и быстро ломались. Ценным в них было лишь то, что Ильич там был на чёрно-белой фотке, а потому не похож на дауна, как порой на металлических.
Но, честно говоря, качество печати фоток Ильича в пластмассовых звездочках тоже отличалось. Порой он был зернистый и уебищный. С другой стороны, пластмассовые звездочки ценились у иногородних, а потому на них было легко выменивать годноту.
Типов металлических звёздочек же было дохера. Были стремные алюминиевые, были потяжелее — из говнистой латуни. Лучи всегда были красные, но качество эмали различалось: была темная толстая, а была светлая чмошная. Материал звезды определял цвет ебальца Ульянова. Соответственно, варианты: белая эмаль — серебристое ебальце (это зашквар) и белая эмаль — золотистое ебальце (это верочка). Эмаль легко снималась уксусной кислотой, а потом заменялась краской-серебрянкой. Правильная звездочка — это темно-красные лучи, серебристый фон и золотое ебальце, причём качественное и максимально блестящее.
Штамповала звездочки в огромных количествах Московская фабрика «Победа» и ещё несколько разных региональных и республиканских фабрик. Периодически у «Победы» что-то случалось со штампом, и ебальце Ульянова выходило удивительно кривое и расплывшееся. Такие звездочки были для лохов, хотя их было больше всего.
Поэтому нужно было пробежаться по всему городу, а лучше и по соседним, и пошукать звёзды с толковым оттиском. Например, старых годов завалявшиеся. Так как у нас в Евпатории было множество детских сатанориев, а там всегда были запасы атрибутики, то стоило макать и туда. Тем более, что часть сатанориев была ведомственной, снабжалась напрямую из Москвы, и звездочки там были качественнее. Но и просто подонимать куржей (курортников) тоже помогало.
Самый шик же — это звездочки прибалтийских республик. В Крым свозили детей со всего Союза, а потому бизнес по вымениванию звёздочек и особенно прочих всяких значков у нас цвёл безумно. Этим занимались не только дети, но и вполне себе взрослые дяди.
Местную шантрапу к иногородним детям в лагерях особо не подпускали (но через пляжи можно было пролезть, конечно), однако персонал в лагерях-то был местный. Поэтому были «дилеры», выгребавшие тысячи самых разных значков за смену, а потом барыжившие ими для коллекционеров. Да, это был нелегальный бизнес, но как и на филателию тут в целом закрывали глаза. Самый жир по фалеристике был, конечно же, в Артеке, потому как там были международные слёты.
Коллекционирование (похуй чего) — это тема интеллигенции, потому как она при бабле. А куда ж ездила отдыхать советская интеллигенция, как не в Крым? Ну вот, поэтому Крым (и особенно Ялта) был эдакой столицей советской филателии, фалеристики, бонистики и тому подобного. Хотя за это звание поспорит и Одесса, и Сочи, конечно же.
Ну, в общем, октябрятские звездочки из Прибалтики были бешеным шиком, потому что там были латинские буквы. Да, там было написано «Октябрята — Ленина внучата», ну и что? Зато они были красивые и тяжелые, и ебальце там было хорошо пропечатано на жестяной пластинке, приклеенной на сам значок. Тусить с такой звездочкой в школе было козырно, и это никак не порицалось. Это же официальная советская звездочка, что не так-то?
Были ещё октябрятские и пионерские значки других социалистических стран — ГДР, Польши, Чехословакии, Румынии — но это уже были прям эпики, которые достать было очень сложно. Понтануться лацканом с такими значками — это как щас на Ламбе в школу приехать.
Короче, даже в совковом стаде люди стремились найти способ выделиться, и даже в сопливом возрасте.
Это уж я молчу про виды школьной формы и пионерские галстуки, которые тоже были разного качестве, разного пошива и материалов (и в частности пуговиц). И там тоже были градации от лоха до бога, а также парадные и повседневные комплекты.
ПС на фото — редкая еврейская октябрятская звездочка. В серию не пошла из-за плохих ассоциаций с гетто.
Вместе

Татарский юмор… - Грубас



Yesterday at 17:00
Шапка
Рассказ моего приятеля Марата, который уже лет тридцать, как перебрался из своей татарской деревни в Москву. Далее от его лица:
…Года полтора назад, приехал я на пару деньков к бате в деревню.
В первый же вечер выпендрился и достал свой самый, самый, самый любимый нож.
(А, надо сказать, что Марат заядлый ножеман, у него в коллекции их штук восемьдесят, не меньше. Ну, любит человек, это дело.)
…Вначале я долго о нем мечтал, потом, решился и начал копить деньги. Долго копил, накопил, дождался скидок и наконец заказал приятелю, который летел в Штаты. Для кого-то может ничего особенного, нож – как нож, ну, красивый, ну, сталь хорошая, клацает приятно, не более того, а мне душу греет. Признаюсь, что первые дни я даже под подушку его клал, чтобы ночью в темноте достать и «клацнуть» пару раз. Тебе не понять. Да, я маньяк, осознаю и этим не горжусь.
Ну, так вот, нужно было перерезать какую-то бечевочку. Отец засуетился, стал искать ножницы и тут я из широких штанин извлек ЕГО.
Батя протянул руку, попросил посмотреть, надел очки, поскреб пальцем лезвие, сказал «Ух ты, какой красавец» и добавил — «Маратик, сыночек, а может подаришь бате ножичек. А? Я даже никогда не видел таких, а у себя в Москве ты ведь еще купишь.»
Вот тут я крепко задумался — это был серьезный выбор, просто не выбор, а удар под дых. С одной стороны – отцу уже семьдесят восемь, мать схоронил, живет тут один, ему скучно. Ну, какие у него радости в жизни, да и сколько ему осталось…? Если откажу, никогда себе потом не прощу.
С другой стороны, сказать цену ножа я тоже не мог, а то он с ума бы сошел, если бы узнал, что его сын купил себе складной ножичек за сто десять тысяч рубликов. Я ведь целый год на него копил, во многом себе отказывал.
Но, делать было нечего и я, почти не дрожащей рукой, протянул бате нож и соврал, что мне совсем не жалко, еще куплю.
С тех пор прошло года полтора и вот, недавно, я наконец выбрался проведать старика, а заодно и со «своим» ножичком повидаться.
Приехал поздно вечером, не успел с дороги даже руки помыть, обнял батю и спрашиваю — «Как там твой американский ножичек поживает?»
Отец мне хитро подмигнул и молча усадил за мамин трельяж, велел зажмуриться и нахлобучил что-то на голову. Открываю глаза – вижу себя в зеркале в какой-то дурацкой пыжиковой шапке.
Вот, говорит, носи, Маратик, на здоровье:
— Нравится? И с размером, вроде, угадал. Выделка отличная, на всю жизнь хватит.
— Нравится. (соврал я)
— Ну, вот и хорошо, будешь там у себя в Москве самый модный и голова не замерзнет. А ведь как удачно все получилось.
Представляешь, месяц назад сидел я дома, твоим ножиком клинышек для топора вытачивал, тут заглянул один мужик со старой работы. Слово за слово, увидел нож и загорелся прям – продай, да продай, я поначалу отказывался, все же твой подарок, но этот дурачок и говорит — «Продай, я тебе за него целых четыре тысячи дам.». Представляешь, за какой-то ножичек, такие деньги? Ну, я зевать не стал и конечно продал. Потом с пенсии чуть-чуть добавил и на базаре выторговал тебе за семь вот эту шапку. Носи на здоровье и отца вспоминай.
Чайник на кухне свистом позвал к себе батю, а я сидел в нафталиновой шапке и наблюдал в зеркало, как на перегонки, по моим щекам катятся слезы. А ведь и не скажешь ничего. Зачем добивать старика?
Вернулся из кухни отец и положил передо мной продолговатый бархатный мешочек.
Я открыл… в нем лежал мой нож.
Батя заржал и сказал:
— Что, Маратка, обосрался? Пошутил я, пошутил. Я ведь сразу понял сколько он стоит, не дурак же я совсем. Вот, мешочек сшил, чтобы рукоятку не поцарапать. Забирай обратно, я уже наигрался. А шапку носи, шапка хорошая, теплая.
Обожаю батин незамысловатый татарский юмор…

Грубас
Вместе

Все, что меня сегодня окружает, – все другое.

Все, что меня сегодня окружает, – все другое.
Москва уже не моя.
Дворы не мои.
Лица чужие.
Правда, на Арбат,
в районе Щукинского училища, еще иногда выползают знакомые старухи москвички.
Ищут, где купить хлеба.
А негде.
Вокруг – бутики. Нет того города, где прошла моя жизнь…
Я со всеми на «ты».
В этом моя жизненная позиция.
На «ты» – значит, приветствую естественность, искренность общения.
Это не панибратство, а товарищество…
Я умею слушать друзей.
У друзей, особенно знаменитых, – постоянные монологи о себе…
Когда я читаю современную мемуаристику, особенно про то, где я был и в чем участвовал…
Если все, что я знаю, взять и написать…
Иногда думаешь:
ой, пора душой заняться.
Пора, пора.
А потом забываешь – обошлось, можно повременить…
К старости вообще половые и национальные признаки как-то рассасываются.
Я глубоко пьющий и активно матерящийся русский интеллигент с еврейским паспортом и полунемецкими корнями.
Матерюсь профессионально и обаятельно,
пью профессионально и этнически точно, с женщинами умозрительно сексуален, с коллегами вяло соревновательно тщеславен.
Но умиротворения нет… Пи…ц!
Времени, отпущенного на жизнь, оказалось мало…
Как-то меня спросили:
если бы у меня была возможность после смерти вернуться в виде какого-то человека или вещи, что это было бы?
Я ответил: флюгер…
Александр Ширвиндт
Вместе

«Фуриая красного террора»

Землячка
По указанию Ленина в Крым «для наведения порядка» были направлены с практически неограниченными полномочиями два «железных большевика», фанатично преданных советской власти и одинаково ненавидевших ее врагов: Розалия Землячка, которая стала секретарем Крымского обкома большевистской партии, и венгерский коминтерновец Бела Кун, назначенный особоуполномоченным по Крыму. 35-летний Кун, бывший военнопленный офицер австро-венгерской армии, успел к тому времени провозгласить Венгерскую советскую республику, которая захлебнулась в крови, после чего приехал «делать революцию» в Россию.
Крым был передан в руки Бела Куна и Розалии Самуиловны. Торжествующие победители пригласили в председатели Реввоенсовета Советской Республики Крым Льва Давидовича Троцкого, но тот ответил: «Я тогда приеду в Крым, когда на его территории не останется ни одного белогвардейца». Руководителями Крыма это было воспринято не как намек, а как приказ и руководство к действию. Бела Кун и Землячка придумали гениальный ход, чтобы уничтожить не только пленных, но и тех, кто находился на свободе. Был издан приказ: всем бывшим военнослужащим царской и Белой армий необходимо зарегистрироваться — фамилия, звание, адрес. За уклонение от регистрации — расстрел. Не было только уведомления, что расстреляны будут и все, кто пришел регистрироваться…
С помощью этой поистине дьявольской уловки было выявлено дополнительно еще несколько десятков тысяч человек. Их брали по домашним адресам поодиночке ночами и расстреливали без всякого суда — по регистрационным спискам. Началось бессмысленное кровавое уничтожение всех сложивших оружие и оставшихся на родной земле. И сейчас цифры называются разные: семь, тридцать, а то и семьдесят тысяч. Но даже если и семь, столько тысяч перестрелять — это работа. Вот тут и проявилась патологическая жестокость, годами копившаяся до этого в Розалии Залкинд. Демон вырвался на свободу. Именно Землячка заявила: «Жалко на них тратить патроны, топить их в море».
Лучшую характеристику Залкинд дал позднее А.И. Солженицын, назвавший ее «фурией красного террора». Уничтожение принимало кошмарные формы, приговоренных грузили на баржи и топили в море. На всякий случай привязывали камень к ногам, и долго еще потом сквозь чистую морскую воду были видны рядами стоящие мертвецы. Говорят, что, устав от бумажной работы, Розалия любила посидеть за пулеметом.
Очевидцы вспоминали: «Окраины города Симферополя были полны зловония от разлагающихся трупов расстрелянных, которых даже не закапывали в землю. Ямы за Воронцовским садом и оранжереи в имении Крымтаева были полны трупами расстрелянных, слегка присыпанных землей, а курсанты кавалерийской школы (будущие красные командиры) ездили за полторы версты от своих казарм выбивать камнями золотые зубы изо рта казненных, причем эта охота давала всегда большую добычу».
За первую зиму было расстреляно 96 тысяч человек из 800 тысяч населения Крыма. Бойня шла месяцами. 28 ноября «Известия временного севастопольского ревкома» опубликовали первый список расстрелянных — 1634 человека, 30 ноября второй список — 1202 человека. За неделю только в Севастополе Бела Кун расстрелял более 8000 человек, а такие расстрелы шли по всему Крыму, пулеметы работали день и ночь. Розалия Землячка хозяйничала в Крыму так, что Черное море покраснело от крови.
Справедливости ради нужно отметить, что Землячка была не единственной фурией красного террора. Знаток женской души Мирабо когда-то говорил по поводу парижского мятежа, что «если женщины не вмешаются в дело, то из этого ничего не выйдет». В России женщины вмешались серьезно. Землячка — в Крыму. Конкордия Громова — в Екатеринославе. «Товарищ Роза» — в Киеве. Евгения Бош — в Пензе. Яковлева и Елена Стасова — в Петербурге. Бывшая фельдшерица Ревека Мейзель-Пластинина — в Архангельске. Надежда Островская — в Севастополе. Эта сухенькая учительница с ничтожным лицом, писавшая о себе, что «у нее душа сжимается, как мимоза, от всякого резкого прикосновения», была главным персонажем ЧК в Севастополе, когда расстреливали и топили в Черном море офицеров, привязывая тела к грузу.
Страшная резня офицеров под руководством Землячки заставила содрогнуться многих. Также без суда и следствия расстреливали женщин, детей, стариков. Массовые убийства получили такой широкий резонанс, что ВЦИК создал специальную комиссию по расследованию. И тогда все «особо отличившиеся» коменданты городов представили в свое оправдание телеграммы Белы Куна и Розалии Землячки, подстрекавшие к массовым расправам, и отчетность по количеству невинно убиенных. В конце концов эту совсем не «сладкую парочку» пришлось убрать из Крыма
--
Отправлено из Быстрого блокнота