АКАДЕМИК АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ ЯКОВЛЕВ - Воспоминания. 21 октября 2017 года

ХРАНИТЬ ВЕЧНО ДЛЯ ЕЖЕДНЕВНОГО ПРОЧТЕНИЯ

Воспоминания. 21 октября 2017 года

К СТОЛЕТИЮ ОКТЯБРЬСКОЙ КАТАСТРОФЫ. К ВЛАСТИ ТОГДА ПРИШЛИ ЧУДОВИЩА

АКАДЕМИК АЛЕКСАНДР НИКОЛАЕВИЧ ЯКОВЛЕВ (Из не всем доступных архивов):

«Юридическим эталоном советской власти стала «презумпция виновности» человека. Российский, а затем советский человек был априори греховен. Но не перед Богом, а перед властью. Власть заняла место Бога. Человек для большевиков — вообще ничто — тварь земная, «материал капиталистической эпохи, непригодный для создания социалистической цивилизации». Его необходимо расстрельно и тюремно переработать.

«Вожди» очень торопились, когда речь шла о расстрелах. К примеру, только 22 ноября 1937 года Сталин, Молотов и Жданов утвердили 12 расстрельных списков на 1352 челове ка, а 7 декабря того же года — 13 списков на 2397 человек, из которых 2124 подлежали расстрелу; 3 января 1938 года Жданов, Молотов, Каганович и Ворошилов утвердили 22 списка на 2770 человек, из них 2547 подлежало расстрелу; в феврале Сталин, Молотов, Каганович, Ворошилов и Жданов утвердили 28 списков на 3699 человек, из которых 3622 человека подлежало расстрелу; в марте теми же лицами утверждено 36 списков на 3286 человек, в том числе 2983 человека подлежало расстрелу; в апреле 1938 года Сталин, Молотов, Каганович и Жданов утвердили 29 списков на 2799 человек; 10 июня 1938 года Сталин и Молотов подписали 29 расстрельных списков на 2750 человек, из них подлежало расстрелу 2371 человек, а 12 сентября 1938 года Сталин, Молотов и Жданов утвердили 38 списков на 6013 человек, из них 4825 подлежали расстрелу.

Подпись Сталина имеется на 366 списках на 44 000 человек, Молотова — на 373 списках на 43 569 человек, Жданова — на 175 списках на 20 985 человек, Кагановича — на 189 списках на 19 110 человек, Ворошилова— на 186 списках на 18 474 человека. Думаю, что еще не все списки известны общественности.

20 августа 1938 года Сталин и Молотов утвердили представленный Ежовым список на 15 жен «врагов народа», и все они были расстреляны. В списке значились Чубарь А. И., Эйхе-Рубцова Е. Е., Косиор Е. С, Егорова Г. А., Орлова В. А., Хавина-Скрыпник Р. Л., Дыбенко-Седякина В. А., Агранова В. А., Артузова И. М. и другие. Из 15 расстрелянных 10 были до ареста домашними хозяйками и две студентки. Мужья многих из них были расстреляны позднее, в начале 1939 года. Всего подверглось репрессиям в качестве членов семей «изменников Родины» и «врагов народа» 40 056 человек.

Точных данных, которые бы основывались на документах, о масштабах всенациональной трагедии нет. Называются самые разные цифры. Такой проницательный человек, как академик Вернадский, оценивая события второй половины 30-х годов, привел в своем дневнике (январь 1939) цифру в 14—17 миллионов ссыльных и заключенных по политическим мотивам.

Власть, разумеется, придерживалась другого мнения. В 1954 году министр внутренних дел Круглов сообщил Хрущеву, что с 1930 по 1953 год в СССР репрессировано примерно 3,7 миллиона человек, в том числе 765 тысяч расстреляно. Эти цифры ложные. Но они гуляют по официальным источникам до сих пор. На них любят ссылаться нынешние деятели КПРФ, утверждая, что расстреляно было всего-навсего 765 тысяч, а не миллионы. Вот эта готовность признать убийство сотен тысяч людей, потому что это не так уж и много, особенно отчетливо выявляет сущность большевиков — как прошлых, так и нынешних.

В годы гражданской войны (по отрывочным сведениям) различным видам репрессий подверглись более двух миллионов человек, в первую очередь представители бывших имущих классов и интеллектуальной элиты страны.

Более пяти миллионов крестьян было репрессировано в ходе проведения коллективизации в конце двадцатых — начале тридцатых годов. Примерно столько же погибло от голода, организованного властью.

По далеко не полным данным, составленным еще в декабре 1953 года по заданию послесталинских руководителей, органами ВЧК—ОГПУ—НКВД—МГБ за так называемые контрреволюционные преступления только в период с 1921 по 1953 год было арестовано 5 951 364 человека, из них осуждено судебными и внесудебными («тройками», «двойками», «особыми совещаниями») органами к различным наказаниям 4 060 306 человек. С 1936 по 1961 год репрессировано по национальному признаку более 3,5 миллиона человек. По решениям высшего партийно-государственного руководства СССР на территории Российской Федерации подверглись депортации 11 народов, а 48 народов частично.

Мой собственный многолетний опыт работы по реабилитации жертв ленинско-сталинских репрессий позволяет утверждать, что число убитых по политическим мотивам, умерших в тюрьмах и лагерях за годы советской власти в целом по СССР ДОСТИГАЕТ 20—25 МИЛЛИОНОВ ЧЕЛОВЕК. Сюда относятся и умершие от голода: более 5,5 миллиона — в гражданскую войну и более 5 миллионов человек — в 30-е годы.

Но и опубликованные документы дают достаточное представление о масштабах карательной политики. Только по Российской Федерации с 1923 по 1953 год, по неполным данным, общая численность осужденных составляла более 41 миллиона человек. Среди них были люди, совершившие уголовные преступления. Но и миллионы тех, кто был лишен свободы за опоздания на работу, за невыполнение нормы трудодней в колхозах и т. п.

По указам от 26 июня 1940 года и 15 апреля 1942 года за эти проступки в 1940 году было осуждено более 2 миллионов человек, в 1946-м — 1,2 миллиона; в 1947-м — более 938 тысяч и т. д. Даже в 1953 году по этим статьям осудили более 308 тысяч человек. В целом за послевоенные годы за опоздания на работу и невыполнение нормы трудодней было осуждено более 6 миллионов человек. Формально они не проходили по разряду контрреволюционной деятельности, но едва ли кто может отрицать, что они — жертвы репрессивной политики режима.

Главную ответственность за геноцид в России и Советском Союзе несет большевизм, политическим оформлением которого выступали коммунистические организации. Они были своего рода псевдонимами большевизма, то есть советского фашизма. Эти преступления совершались под непосредственным руководством Ленина и Сталина.

С конца двадцатых до начала шестидесятых годов главными идеологами и руководителями тотального человекоубийства, кроме Сталина, являлись Молотов, Каганович, Берия, Ворошилов, Жданов, Маленков, Микоян, Хрущев, Андреев, Косиор, Суслов, Ягода, Ежов, Абакумов, Вышинский, Ульрих.

[Вот характеристики некоторых из них].

Вячеслав Скрябин (Молотов). Председатель Совета Народных Комиссаров СССР (с 1930 по 1941). На его ответственности — уничтожение главным образом работников государственного аппарата. Многие из них арестованы и физически уничтожены по его личной инициативе. Из народных комиссаров, входивших в СНК СССР в 1935 году, 20 человек погибли в годы репрессий. В живых остались лишь Микоян, Ворошилов, Каганович, Андреев, Литвинов и сам Молотов. Из 28 человек, составлявших Совет Народных Комиссаров в начале 1938 года, были репрессированы 20 человек. Только за полгода, с октября 1936 по март 1937 года, было арестовано около 2 тысяч работников наркоматов СССР (без наркоматов обороны, внутренних дел, иностранных дел). Молотов и сам зверствовал, но Сталин постоянно подстегивал его. В письме Молотову Сталин рекомендовал «основательно прочистить аппарат» Наркомфина и Госбанка, для чего «обязательно расстрелять десятка два-три вредителей из этих аппаратов, в том числе десяток кассиров всякого рода...» Были случаи, когда вместо предложенных НКВД санкций на тюремное заключение Молотов ставил рядом с некоторыми фамилиями отметки «ВМН», то есть высшая мера наказания. Одной этой поправки было достаточно для расстрела. На одном из списков, подписанном Сталиным и Молотовым, против фамилии Баранова М. И., бывшего начальника Санитарного управления РККА, Молотовым помечено: «бить-бить». В 1949 году Молотов санкционировал арест по сфальсифицированным делам советских и иностранных граждан, обвинявшихся в шпионаже и антисоветской деятельности.

Лазарь Каганович. Весь его путь как политического деятеля связан с репрессиями. Известны последствия его деятельности в годы коллективизации на Украине, в Воронежской области, на Северном Кавказе, в Западной Сибири. Особенно зловещую роль сыграл Каганович во время массовых репрессий 1935—1939 годов. Еще в 1933 году на январском пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) Каганович гневался: «Мы мало расстреливаем». Для подхлестывания массовых репрессий Каганович выезжал в Челябинскую, Ярославскую, Ивановскую области, Донбасс. С санкции Кагановича арестованы тысячи и тысячи работников железнодорожного транспорта и тяжелой промышленности, которых затем или расстреляли, или посадили в тюрьму. Списки и дела «врагов народа» из работников железнодорожного транспорта в 1937—1939 годах, санкции на арест которых подписаны лично Кагановичем, составляют 5 томов. В архивах обнаружены 35 писем Кагановича в НКВД, в которых он возводил выдуманные политические обвинения в отношении многих работников транспорта и требовал их немедленного ареста.

Андрей Жданов. Длительное время фактически выполнял обязанности второго секретаря ЦК ВКП(б), несет прямую ответственность за массовые репрессии. В сентябре 1936 года в телеграмме с юга он вместе со Сталиным требовал усиления репрессий. По инициативе Жданова еще до войны в Ленинграде было репрессировано более 68 тысяч человек. Для проведения и расширения массовых репрессий Жданов выезжал в Башкирскую, Татарскую и Оренбургскую партийные организации. В Оренбургской области за 6 месяцев (с апреля по сентябрь 1937 г.) репрессировали 3655 человек, из них половину приговорили к высшей мере наказания. И, тем не менее, Жданов, прибыв в начале сентября 1937 года в Оренбург, нашел эти меры недостаточными, были репрессированы еще 598 человек. После «чистки», осуществленной Ждановым в Татарской парторганизации, были дополнительно арестованы 232 человека, в Башкирии — 342 человека, все расстреляны. Активную роль сыграл Жданов в расправе над руководством ЦК комсомола в 1938 году. Выступая от имени Политбюро, он охарактеризовал секретарей ЦК комсомола как «предателей Родины, террористов, шпионов, фашистов, политически прогнивших насквозь врагов народа, проводивших вражескую линию в комсомоле», как «контрреволюционную банду». Идеологические погромы литературы, кино, театрального и музыкального искусств в 1946—1948 годах целиком лежат на совести Жданова. Он был одним из организаторов августовской (1948) сессии ВАСХНИЛ (Всесоюзной сельскохозяйственной академии). В докладной записке на имя Сталина от 10 июля 1948 года он сформулировал предложения, которые положили начало травле большой группы ученых-биологов.

Климент Ворошилов. С его санкции было организовано уничтожение высших военачальников и политических работников Красной Армии. В главе «Вы сеете фашизм...» приведены кровавые итоги деяний Ворошилова. В бытность его наркомом обороны в Красной Армии только за 1936—1940 годы, по его признанию, репрессированы свыше 40 тысяч человек высшего и среднего командного состава. В архиве ФСБ выявлено более 300 санкций Ворошилова на арест видных армейских военачальников.

Никита Хрущев. Имеются документальные материалы, свидетельствующие об организации Хрущевым массовых репрессий в Москве, Московской области и на Украине в предвоенные годы. Он, в частности, сам направлял документы с предложениями об арестах руководящих работников Моссовета, Московского обкома партии. Всего за 1936—1937 годы в Москве были репрессированы 55 741 человек. С января 1938 года возглавлял партийную организацию Украины. В том же году на Украине были арестованы 106 119 человек, в следующем — 12 тысяч, в 1940 году — 50 тысяч человек.

Анастас Микоян. С его санкции арестованы сотни работников народных комиссариатов пищевой промышленности и внешней торговли. Микоян не только давал санкции на арест, но и сам выступал их инициатором. Так, в письме на имя Ежова от 15 июля 1937 года он предлагал осуществить репрессии в отношении работников Всесоюзного научно-исследовательского института рыбного хозяйства и океанографии Наркомпищепрома СССР. Аналогичные представления делались и в отношении работников Внешторга. Осенью 1937 года Микоян выезжал в Армению для проведения чистки партийных и государственных органов республики от «врагов народа». В результате погибли тысячи людей. Микоян вместе с Ежовым был докладчиком на февральско-мартовском пленуме ЦК ВКП(б) 1937 года по делу Бухарина.

Георгий Маленков. Имел непосредственное отношение к большинству акций, которые предпринимались НКВД в отношении руководящих работников в центре и на местах. Он неоднократно выезжал на места для осуществления массовых репрессий. Так, Маленков вместе с Ежовым съездил в 1937 году в Белоруссию, где было учинено настоящее побоище кадров. С той же целью он посетил Тульскую, Ярославскую, Саратовскую, Омскую, Тамбовскую области, Татарию. Было немало случаев, когда Маленков лично присутствовал на допросах и пытках арестованных. Именно таким путем Маленков вместе с Берией сфабриковал дело о «контрреволюционной организации» в Армении. Установлена преступная роль Маленкова в фабрикации так называемого «ленинградского дела».

Андрей Андреев. Будучи членом Политбюро и секретарем ЦК ВКП(б), лично участвовал в организации репрессий в республиканских партийных организациях Средней Азии, в частности в Узбекистане и Таджикистане, а также в Поволжье и на Северном Кавказе. По результатам его поездок Сталиным, Молотовым и другими был санкционирован расстрел 430 руководящих работников Саратовской области, 440 — Узбекистана, 344 — Таджикистана.

Михаил Суслов. Участник массовых репрессий в бытность его секретарем Ростовского обкома партии. Став первым секретарем Ставропольского крайкома партии, он не только резко возражал против освобождения ряда невинно осужденных лиц, но и настаивал на новых арестах. Комиссия НКВД СССР в июле 1939 года докладывала Берии, что Суслов недоволен работой краевого управления НКВД, так как оно проявляет благодушие. Суслов сам перечислил людей, которых, по его мнению, необходимо арестовать, что и было сделано. Как председатель Бюро ЦК ВКП(б) по Литве он несет прямую ответственность за депортацию тысяч людей из Прибалтики. Он был организатором преследований и травли многих видных представителей советской художественной и научной интеллигенции, расправы над Еврейским антифашистским комитетом.

Отдельно следует сказать о Михаиле Калинине. Как председатель ВЦИК СССР подписал подготовленное Сталиным и Енукидзе постановление от 1 декабря 1934 года «О внесении изменений в действующие уголовно-процессуальные кодексы союзных республик». Стало возможным рассматривать дела без участия сторон, без права подачи ходатайств о помиловании. Были предусмотрены приговоры к высшей мере наказания по той же процедуре. Возглавляя с 1931 по 1946 год Комиссию ЦИК по расследованию и разрешению судебных дел с точки зрения возможного изменения приговоров, Калинин потворствовал практике беззакония и массового террора, ни одно прошение о помиловании им удовлетворено не было.

Как Молотов и Буденный, он рабски смирился с тем, что его жена была посажена в тюрьму по сфабрикованному политическому обвинению.

Таковы были наши «вожди». Они постоянно грызли друг друга, заботились только о собственной шкуре. Известно, как Зиновьев и Каменев грызли Троцкого. Потом Орджоникидзе, Микоян, Ворошилов и другие «разоблачали» Бухарина и Рыкова. В 1936 году Раковский, Радек и Пятаков публикуют в «Правде» статьи с требованием расстрела Зиновьева и Каменева. Раболепные письма Сталину отправляли из тюрем все бывшие его соратники, признаваясь во всем и моля о пощаде. Писал Сталину покаянные письма Бухарин, обещал полностью переделать себя, выполнять все, что прикажет «вождь».

Говорить о морали Сталина и его окружения — занятие пустое. За день до своей смерти в июне 1937 года Якир посылает покаянное письмо Сталину с просьбой оставить ему жизнь. Резолюция следующая: «В мой архив. Подлец и проститутка. Сталин. Совершенно точное определение. Молотов. Мерзавец, сволочь и блядь — одна кара — смертная казнь. Каганович».

У меня нет ни малейших колебаний в убеждении, что все они подлежат суду за преступления против человечности. Когда после XX съезда (1956) нависла угроза персональной ответственности за злодейства, совершенные против народа, в высших слоях карательных и партийных служб началась перебранка. Каратели из спецслужб говорили, что они были всего лишь исполнителями, выполняли прямые указания партийных вождей. В свою очередь партийные «вожди» утверждали, что все злодеяния — дело рук ВЧК, ОГПУ, НКВД, МГБ, КГБ.

Правы и те и другие. Элита партии и элита служб безопасности — близнецы. Они вместе творили преступления. Если время от времени в общую мясорубку летели головы и членов Политбюро, и главарей спецслужб, шли на расстрел тысячи аппаратчиков из партии коммунистов и тысячи — из партии чекистов, то эта смертельная мельница говорит лишь о сложившемся в стране двоевластии.

Будучи мастером интриг, Сталин отменно играл в эти кладбищенские игры. Он не верил никому. Чтобы легче управлять, он постоянно сталкивал лбами всех со всеми.