March 1st, 2021

Вместе

СЫН...



СЫН...
- Татьяна Ивановна, нам уже закрываться пора, а он стоит и ничего не покупает, - пожаловалась директору продавец Ольга. Татьяна подняла голову от накладных и рассеяно переспросила:
- Кто стоит? Зачем? Скажите, что закрываемся и всех делов. Зачем меня по пустякам беспокоить?
Но Оля мялась на пороге. Татьяна отложила бумаги в сторону и устало сказала:
- Понятно. Пошли, разберемся.
Вышла в зал и сердце её ёкнуло. Спиной к ней стоял солдатик перед витриной с пирожными. Оттопыренные уши забавно торчали на обритой голове.
- Миша, сынок! - крикнула хрипло Татьяна. Оглянулись все. И Ольга, и уборщица тетя Валя. Повернулся и солдат. Татьяна судорожно вздохнула, опять всё начинается сначала, она вновь увидела сына в чужом человеке. С трудом взяла себя в руки и спросила:
- Молодой человек, мы скоро закрываемся. Если ничего купить не хотите, прошу на выход.
Совсем ещё молоденький пацан, смущённо улыбнулся.
- Извините, выбрать не могу. У меня денег немного.
- Что, все в увольнении прокутил? А родители плохо помогают? - пошутила Татьяна, подходя ближе.
- Да я не себе. Сестрёнке. Меня в отпуск на неделю отпустили, вот я и приехал. Она у меня недалеко живёт. В детском доме на Комсомольской. Мы с ней одни остались. А деньги у меня в поезде украли, хорошо что мелочь в кармане осталась, - покраснел парнишка.
Татьяну, как холодной водой окатили и она повернулась к Ольге.
- Девочки, давайте по-быстренькому соберите в пакет чего повкусней. Чек мне потом отдадите, - скомандовала она и повернулась к солдату.
- Сам поди голодный? - спросила Татьяна и взяла его за руку. - Пойдем ко мне в кабинет. Я тебя чаем напою и бутербродами накормлю.
Паренёк, краснея, пошёл за ней.
А тем временем в зале Ольга с напарницей укладывали в пакет сладости.
- И чего наша Татьяна так всполошилась? Уже домой пора и кассу закрывать, а мы тут возись, - ворчала Ольга. Тётя Валя прикрикнула на неё:
- Чего ворчишь? Сказали, делай и не бурчи. А Таня правильно делает. Надо девочку порадовать, да паренька поддержать.
Но Ольга не сдавалась:
- Я её, если честно, в первый раз такой увидела. Как она ему крикнула "Миша"? Вот Вы, тёть Валь, здесь давно работаете, кто это?
Уборщица перестала мыть пол и горестно вздохнула.
- Так сына её звали. Он у неё в чеченскую сгинул. Один единственный у неё был. Не дай вам Бог, девки, такого пережить. Она же раньше другая была. Хохотушка, болтушка. А как Мишки не стало, закаменела вся.
А в кабинете Татьяна деликатно расспрашивала парня.
- А давно Вы одни? Как сестру зовут? Где ночевать будешь?
Тот с аппетитом поглощал бутерброды и бесхитростно отвечал. Что родители в бане пьяными угорели. Сестрёнку зовут Света и через шесть лет она из детского дома выпускается. Что после армии он в деревню вернётся, в родительский дом и туда же Свету заберёт. А ночевать будет на вокзале, он уже с дежурным договорился.
Татьяна слушала его, а видела перед собой сына. Он так же морщил нос, когда говорил и так же откусывал хлеб, сначала корку, а потом мякиш. Тут она спохватилась:
- А зовут тебя как?
Он удивился:
- Так Михаил меня зовут. Вы же сами там меня в зале окликнули. Я даже удивился, откуда Вы меня знаете.
У Татьяны горло сжалось в спазме. Она закашлялася так, что из глаз слезы покатились. Миша всполошился:
- Что с Вами? Плохо?
Татьяна отхлебнула из стакана минералку и вытерла мокрое лицо.
- Ничего, всё в порядке, не волнуйся. Вот что. На вокзал ты не пойдешь, ночевать у меня будешь. Сейчас к Свете съездим, и если не пустят, гостинцы передадим. И не спорь. Я старше и мне лучше знать!
Миша робко спросил:
- А Ваши не против будут? Ну, если Вы с улицы постороннего приведете?
Татьяна усмехнулась...
- Некому против быть. Одна живу.
И на мгновение вспомнила бывшего мужа. Он через полгода после похорон ушёл от неё. К девчонке совсем, старше сына их на два года. У него сейчас уже трое детей. Видела его недавно. Про Мишку и не вспоминает, новых детей растит. Это она до сих пор сына забыть не может.
Через год после этого события на перроне стояли двое. Татьяна и Света, которую она забрала к себе. Они ждали скорый поезд. На котором должен был приехать Миша, их любимый и любящий сын и брат.
Lana Svetlaya.
Вместе

Театральные люди

«Актеры могут уходить на пенсию досрочно, как балетные артисты. В 55 лет можно уйти на заслуженный отдых. Однако, по-моему, актер и пенсия - вещи несовместные. Если актер почувствует, что нет ни одной работы в театре, мгновенно набрасывается тоска, болезни, реальный возраст увеличивается в каких-то кубических масштабах. И человек уходит. А когда он знает, что у него есть хоть один спектакль, и он идет один раз в месяц, это его держит на этой бренной земле, он нужен. Актер не может уходить на пенсию. И не должен».
Сергей Маковецкий
Вместе

Открытие инсулина






Entschuldigen Sie meine Google-Übersetzung

1922 gingen Wissenschaftler an der Universität von Toronto mit diabetischen Kindern, von denen die meisten im Koma lagen und an diabetischer Ketoazidose starben, in eine Krankenstation.

Dies ist als einer der unglaublichsten Momente in der Medizin bekannt. Stellen Sie sich einen Raum voller Eltern vor, die am Bett sitzen und auf den unvermeidlichen Tod ihres Kindes warten.

Wissenschaftler gingen von Bett zu Bett und injizierten Kindern einen neuen gereinigten Extrakt, Insulin.

Als sie begannen, dem letzten komatösen Kind die neue Substanz zu injizieren, begann das erste Kind aufzuwachen.

Dann wachten alle Kinder nacheinander aus einem diabetischen Koma auf.

Der Raum des Todes und der Dunkelheit ist zu einem Ort der Freude und Hoffnung geworden.

Vielen Dank an Dr. Frederic Bunting!

Münzen

Наталия КузлоАри100кратка

20h

·

В 1922 году в университете Торонто ученые отправились в больничную палату с диабетическими детьми, большинства из которых были в коме и умирали от диабетического кетоацидоза.

Это известно как один из самых невероятных моментов медицины.

Представьте себе комнату, полную родителей, сидящих у кровати в ожидании неизбежной смерти их ребенка. Ученые переходили от кровати к кровати и вводили детям новый очищенный экстракт- инсулин.

Когда они начали вводить новое вещество последнему коматозному ребенку, первый ребенок начал пробуждаться. Затем один за другим все дети проснулись от диабетической комы. Комната смерти и мрака, стала местом радости и надежды.

Спасибо доктор Фредерик Бантинг!

Монет

Вместе

21 мая 1957 года умер поэт Серебряного века Александр Вертинский



Смейся, паяццо.
21 мая 1957 года году умер поэт Серебряного века, певец и актер Александр Вертинский.>
Великий Вертинский.
Он стал известен до революции.
Он был кумиром кокаинеток и чувствительных женщин. Он пел странным, надрывным голосом о трагической любви и чужих странах с бразильскими крейсерами.
Он был паяцем. Всегда выступал в гриме.
У него был дефект речи, он не выговаривал "Р" — поэтому Станиславский не взял его в свой МХАТ.
"У актера должна быть чеканная речь!" — о чем потом жалел.
Этот грассирующий паяц соблазнил Веру Холодную, киносекс-символ царской России. Этот паяц написал романс "Ваши пальцы пахнут ладаном" — и мы до сих пор видим ледяное кукольное личико, когда Вера Холодная шагает по ступеням белой лестницы.
К свету.
"А в ресницах спит печаль". И мы плачем, потому что...
Потому.
Он был избыточен и трагичен. Он был манерен. Но он был — поэт.
И поэтому, несмотря на избыточность и манерность, попадал, как пуля — в сердце. Нежная пуля в изломах свинца.
И раскрывался внутри миокарда, точно маленькая свинцовая роза...
В брызгах алого.
После революции Вертинский эмигрировал — и его надрывные песни зазвучали по всей Европе, а затем и в Китае. Белые эмигранты слушали его высокий дрожащий от боли голос и тосковали по России.
Они тосковали по России по всему миру. Они пили боль и ностальжи, как ледяную водку. Они не закусывали, потому что на закуску не было денег. Если бы у них были деньги, он бы получил миллион. Два миллиона. Вместо этого Вертинский брал фрак напрокат.
Он тосковал и писал письма.
В Кремль, к новым хозяевам жизни.
"Я хочу домой. Пожалуйста". Хозяева думали.
А потом, во время страшной Войны, ему разрешили вернуться. Он уже был женат — на грузинской красавице с тонкими бровями. Шел 1943 год.
Из ста песен ему дозволили петь тридцать.
Хитов не надо, обойдемся без хитов.
"Лирические песни отвлекают от строительства коммунизма", писали газеты позже.
На каждом концерте в зале сидит цензор, а то вдруг споешь про ладан и ваши пальцы. И денег, денег, денег постоянно нет. Концерты, концерты, концерты — чтобы только не умереть с голоду. И вечная усталость.
Никаких званий и привилегий. Только всемирно известное имя.
И дети.
Прекрасная грузинка родила ему двух дочерей, Марианну и Анастасию. Марианна выросла в настоящую французскую красавицу, а Настя — в сорванца и Ассоль, в которую влюбился весь Союз. Алые паруса потихоньку вырастали на горизонте — но ему не суждено было их увидеть.
В 1956 году Александр Николаевич отправил послание в министерство культуры СССР: «Где-то там: наверху все еще делают вид, что я не вернулся, что меня нет в стране. Обо мне не пишут и не говорят ни слова. Газетчики и журналисты говорят:
«Нет сигнала». Вероятно, его и не будет. А между тем я есть!»
Ответом было ледяное молчание. Вероятно, это и был сигнал.
Владимир Высоцкий, тогда еще молодой, никому не известный студент Школы-студии МХАТ, был дружен с Вертинским, и частенько забегал к нему в гости. Один великий В считал другого великого В учителем.
В знаменитом фильме "Место встречи изменить нельзя" крутой советский опер Глеб Жеглов наигрывает на пианино и поет хриплым голосом "ариэтку" (так их называл сам автор) Александра Вертинского "Лиловый негр".
- Вы, кажется, тогда любили португальца... а может быть, с малайцем вы ушли...
В 1957 году, сразу после концерта, Вертинский вернулся в гостиницу и прилег.
И не проснулся. Сердце. Свет. Белая-белая лестница.
"Еще томит, еще пьянит весна"...
Спи, паяц.
Уносись в свою Палестину.
Хозяева жизни мертвы и забыты, а твои стихи и твой изломанный голос по-прежнему звучит со старой пластинки. И по-прежнему попадает как пуля — в сердце.
Свинцовая роза медленно раскрывает лепестки в брызгах заката...
Смейся, паяццо.
Ты выиграл.
©
Вместе

Люди нашего времени: Марина Неёлова

.
Прекрасна всегда - от принцессы в "Старой -старой сказке" до королевы Елизаветы в "Играем Шиллера", и далее везде.
Многая лета...
Марина Неёлова:
... никаких выдающихся мест у меня практически не было...
* Как-то мы с мамой шли по Васильевскому острову, мне было лет 9. В киоске продавали фотографии разных артистов. Тогда была такая мода - покупать фото артистов, а еще - меняться ими. Я этой страсти никогда в жизни подвержена не была, а тут вдруг ткнула пальцем и попросила: "Мама, купи". И ладно бы я выбрала артиста потрясающей красоты - Тихонова, Стриженова, Ларионова, Самойлова... Но я почему-то захотела купить Василия Меркурьева. Когда мама отворачивалась, я на него смотрела, прижимала к сердцу. До сих пор эта фотография у меня.
Пролетели годы.
Я собралась поступать в театральный институт. Причем была в себе совершенно уверена, у меня был большой репертуар.
Когда мама приводила меня на работу, оставляла там с кем-то, то, возвращаясь, она всегда заставала одну и ту же картину. Вокруг - небольшая толпа, а я читаю стихи. Мама с ужасом спрашивала: "И давно она так?" - "Да часа полтора уже", - отвечали ей. Ну действительно - репертуар был большим. И потом, я так любила театр, что совершенно искренне полагала - а кто, если не я?
И вдруг в институте я обнаружила, что вокруг ходят красивые девочки. Высокие, стройные - с фигурами, глазами, волосами. А я рядом - такого общипанного, задрипанного вида. Я была худа, как штатив у микрофона. И никаких выдающихся мест у меня практически не было. Мне всегда говорили: "Ну хватит стоять на руках, встань на ноги". Ноги - как руки. Я заходила в лифт, но он этого не чувствовал и никуда не ехал. Приходилось подпрыгивать - лифт догадывался: "О, кто-то вошел" - и начинал двигаться.
Позже, когда познакомилась с Константином Райкиным, мы друг другу часто плакались в жилетку. Он показывал мне письма от "добрых" зрителей, они писали: "Вам не только на сцене - на улице показываться не стоит". Костя смотрел на меня и утешал: "Эти ноги, они у тебя так извиваются-извиваются... Не знаю, мне нравится". Я тоже говорила ему, что он прекрасен.
Но во время поступления такого товарища у меня не было. Совершенно неожиданно для себя я узнала, что на очередной тур надо прийти в купальном костюме. Пришла, ноги буквально заплела, чтобы они сошлись хотя бы. Вызывают по 10 человек. Мы стоим, а эти иезуиты внимательнейшим образом на нас смотрят: кто-то очки снимает, кто-то надевает. Рядом со мной - фигуристая красавица с глазами и ресницами. Как какое-то пособие: какими артисты быть должны, а какими не должны.
Я стою - униженная и оскорбленная, даже не как лошадь, как ослик Пржевальского. И понимаю - комиссию надо брать чем-то невероятным, несусветным. Нам дают задание - изобразить, будто мы моем окна. Все моют маленькие окна - практически форточки. А у меня было та-акое окно - этой сцены не хватит, видимо, какая-то американская витрина. И я бегала из конца в конец и вытирала ее всем телом. Поскольку я перед комиссией все время мельтешила, они смотрели только на меня, туда-сюда головами крутили. Короче, этот тур я проскочила. И к какому педагогу, вы думаете, я поступила? К Василию Васильевичу Меркурьеву! Для меня он всегда оставался самым красивым человеком и самым блистательным актером.
**************
Щ
Часто вспоминаю, как я первый раз попала в театр, мне было лет пять. Шел балет «Щелкунчик». Я вошла в зал, села в бархатное кресло, и передо мной открылась потрясающая картина, в которую я абсолютно верила. Балерины на тонких ножках на пуантах, в легких пачках выбегали на сцену. Весь зал смотрел на них с восторгом, сверху сыпались цветы. С балконов, отовсюду летели эти цветы, ими была засыпана вся сцена. «Боже, — думала я, — какая прекрасная жизнь! Вся в цветах!» Тогда я решила, что буду балериной. С утра до вечера что-то представляла перед зеркалом: красиво махала руками, надевала такие ботиночки без ранта, они были вместо пуантов.
Прошло много лет. Мы с театром поехали на гастроли в Америку. За 40 дней сыграли 40 спектаклей. Для репертуарного театра это очень трудно, а мы привезли всего два — «Три сестры» и «Крутой маршрут». 28 раз мы сыграли «Три сестры». 28 раз я, Маша, была покинута Гафтом, который изображал Вершинина, 28 раз умирала от любви. А публика — чисто американская, никаких наших эмигрантов. И на первых же фразах она вдруг начинает смеяться. Там, где российский зритель даже не улыбнулся бы, они гомерически хохочут.
Мы в недоумении: артисты — все в слезах давно, а американцы умирают от смеха. Потом нам объяснили: раз в программке написано «комедия», значит, надо смеяться. Вот зал и старается. Но постепенно наступила тишина, затем слышим — кто-то всхлипывает. А когда спектакль закончился — повисла страшная и очень длинная пауза.
Мы опять ничего понять не можем. Пауза — потому что они потрясены? Или это так ужасно, что они даже хлопать не хотят? И вдруг зал встал и на нас обрушился гром аплодисментов. И сверху, отовсюду посыпались цветы. Мы стояли с огромными охапками, а цветы все летели и летели.
А я думала:
«Боже мой, наконец-то я балерина!»
Вместе

Хайле Селассие - потомок царя Соломона и царицы Савской... православный император, однако




Хайле Селассие, 1892-1975, последний император Эфиопии, из легендарной династии потомков царя Соломона и царицы Савской, вероисповедание - православный. Был лично знаком с русским поэтом Николаем Гумилёвым и генетиком Николаем Вавиловым. Являлся одним из самых богатых людей в мире.

Задушен военными из окружения Менгисту Хайле Мариама. Останки замурованы под полом туалета королевского дворца. Обнаружены по показаниям свидетелей казни, в 1992 году, торжественно перезахоронены.

А Менгисту Хайле Мариам стал лучшим другом СССР, строил социализм, ну и как показала история, построил...
Вместе

Миссионер, которого съели дикари после завершения им его миссии...


Прецедент Эйнштейна и моральный облик
Ангелины Степановой.
"Сахарова из Академии наук исключали. Позориться никому не хотелось, но — надо… Под страхом кадровых репрессий кворум собрали, куратора из ЦК прислали, и процесс пошел, хотя довольно вяло… Ну очень не хотелось позориться! И вот какой–то членкор, косясь на закаменевшего лицом куратора, робко заметил, что, мол, оно, конечно… и Сахаров поступил с советским народом нехорошо… но вот незадача: академик — звание пожизненное, и еще не бывало, чтобы академиков исключали… нет прецедента…
На этих словах оживился нобелевский лауреат академик Капица.
— Как нет? — звонко возразил он. — Есть прецедент!
И куратор из ЦК КПСС облегченно вздохнул, а Капица закончил: в 33–м году из прусской Академии наук Альберта Эйнштейна исключили!
Наступила страшная тишина, и Сахаров советским академиком остался, а еще один голос в защиту Андрея Дмитриевича в те дни из уст "атомного" академика Александрова прозвучал.

Какой–то партийный начальник в академических кулуарах заметил про Сахарова:
— Как может он членом Академии быть? Он же давно не работает!
Александров ответил:
— Знаете, у меня есть член, он тоже давно не работает, но я держу его при себе за былые заслуги!"
"Осуждению Сахарова, между прочим, надлежало быть всенародным, и вместо утренней репетиции во МХАТе назначили открытое партсобрание. Стоя на трибуне, парторг Ангелина Степанова маралась о решения партии и правительства — коллектив кочумал, пережидая неизбежное.
Кто посовестливее, отводил глаза, кто поподлее, лицом подыгрывал, а группа мхатовских "стариков", расположившись в задних рядах, своей жизнью жила, включавшей в себя утреннюю фляжку коньяка. Оттуда оживленный гур–гур доносился, очень обидный для парторга, потому что мараться приятно со всеми заодно, а делать это в одиночку обидно.
И Степанова не выдержала.
— Товарищи! — прервала она собственные ритуальные проклятия в адрес академика. — Что вы там сзади отсиживаетесь? Михаил Михайлович, — ядовито обратилась она персонально к Яншину. — Может быть, вы хотите выступить, сказать что–нибудь?
Яншин вздохнул и сказал:
— Хочу.
Встал и пошел к трибунке.
— Минута времени вам! — почуяв недоброе, предупредила Ангелина Степанова.
— Хорошо, — согласился Яншин.
Он вышел, поистине мхатовскую паузу взял, оглядел печально собрание, остановил взгляд на парторге и воскликнул:
— А ты, Ангелина, как была бл*дь, так и осталась.
И поглядев на часы, сообщил:
— У меня еще 40 секунд".
Вместе

Из теплых стран прилетают стрижи: ожидаются стрижепады




Товарищи,господа,коллеги!
Из теплых стран прилетают стрижи. Так что, нас ожидают стрижепады. Еще один маленький ликбез, который касается взрослых птиц (для малышей пока не сезон), чтобы вы заранее знали, что делать, если столкнетесь в своей жизни со стрижом.

Это взрослый черный стриж. Если он сидит на земле, он никогда не сможет взлететь сам. Кроме того, он абсолютно беспомощен и может, разве что, попытаться отпугнуть кошку, собаку или ворону шипящим криком.
Стрижу можно помочь, просто подняв его на ладони повыше Стриж сразу поймет, что нужно делать. Подбрасывать нельзя - возможно, птица при падении ушиблась, либо у нее обезвоживание или перегрев. Тогда она просто опять упадет на землю. Если стриж не улетает и он не выглядит травмированным, скорее всего он обезвожен. Стоит попробовать взять его домой, отпоить водой и дать ему отдохнуть (в небольшой коробке) - скорее всего, через сутки-двое его можно будет спокойно отпустить. Подкормить стрижа можно (но не увлекайтесь, если птица не истощена) прокипяченным нежирным творогом смешанным с дафнией. Никакого мяса, опарышей, яиц, морковки, хлеба и прочего, даже если гугл это советует. Либо насекомые (кормовые тараканы, сверчки, кузнечики, мухи, трутни - и никого кроме), либо творог с дафнией.
* Стрижи часто залетают на балконы или в подъезды. Скорее всего, такая птица будет напугана, будет шипеть и метаться. Бояться стрижа не стоит. Он все равно боится вас сильнее Максимум, что он может сделать - оцарапать коготками. Клеваться они не могут. Ловить стрижа надо осторожно, чтобы не сломать крыло или перья, но, скорей всего, при прикосновении к крылу, стриж сам "сложится" и вам будет удобно его взять.
К вопросу брезгливости. Немало таких людей, которые боятся кучи болячек, которыми по их мнению можно заразиться, прикоснувшись к дикой птице. Стрижи проводят большую часть своей жизни в воздухе и не контактируют ни с кем, кроме сородичей. Они физически не могут болеть орнитозом или еще чем-то таким страшным-ужасным. У них нет блох, нет глистов, они не болеют птичьим гриппом. Не отказывайте птице в спасении только потому, что боитесь заразиться от нее тем, чем она даже не болеет.
Будет очень славно, если информация пойдет в перепост. Возможно, вы спасете жизнь не одной птичке!

Волшебная сила искусства. Письмо Людмиле Гурченко из мест не столь отдаленных



Людочка! Пишу вам из мест не столь отдаленных. Я бугор. Меня все боятся и, конечно, уважают, уж вы поверьте, есть за что. Недавно зашел в библиотеку, взял журнальчик, где вы на обложке в красном. На шейке у вас фуфло, а вот в ушках вещица стоящая, верьте, я в этом разбираюсь.

Collapse )

Феликс Дзержинский: «Нет имени страшнее моего»

Фото:

Присвоив себе право казнить и миловать, он создал систему полной несправедливости. Но в большой политике Феликс Эдмундович не преуспел. Он так и не стал членом политбюро, остался кандидатом. Менее авторитетные в партии люди обошли его на карьерной лестнице. Ленин не особо жаловал Дзержинского и не выдвигал в первый ряд.

Уже в роли председателя ВЧК, наводившей страх на всю Россию, Феликс Дзержинский писал сестре: «Для многих нет имени страшнее моего. И я чувствую, что ты не можешь примириться с мыслью, что я — это я, и не можешь меня понять, зная меня в прошлом… Ты видишь лишь то, что доходит до тебя, быть может, в сгущенных красках. Ты свидетель и жертва молоха войны, а теперь разрухи. Из-под твоих ног ускользает почва, на которой ты жила. Я же — вечный скиталец — нахожусь в гуще перемен и создания новой жизни. Ты обращаешься своей мыслью и душой к прошлому. Я вижу будущее и хочу и должен сам быть участником его создания». Пытался объяснить сестре, почему он стал таким жестоким. А она помнила его идеалистом и романтиком, ненавидевшим жандармов, провокаторов, пытки, тюрьмы, смертную казнь…

Collapse )

Fi-103: боевой летающий робот Третьего рейха


Первого декабря 1942 года, состоялся первый испытательный запуск c наземной катапульты самолета-снаряда Физелер Fi-103 (он же А-2, он же FZG 76, он же V-1, он же Фау-1), до сих пор остающегося самым массовым видом оружия данного класса, когда-либо примененным в боевых действиях. Всего было сделано порядка 25 тысяч таких ракет, большинство из которых немцы успели запустить по Лондону, Брюсселю, Парижу, Льежу и Антверпену. В одном только Лондоне от них погибло 6184 человека, еще около 19 тысяч получили ранения и ожоги.

Collapse )

Оригинал взят у komodo74 в Fi-103: боевой летающий робот Третьего рейха

В России у меня была кошка Ванесса. Прожила долго. Лет 15.

На улицу выходила один раз в жизни. На моём плече. Перепугалась так, что намертво всепилась когтями в него.
Плечо болит до сих пор.
Мы назвали её в честь двух ванесс. Скрипачки Мей


и актрисы и певицы про Джо Лё Такси Паради.



Collapse )